Главная
страница
Коллекция
Музея
История
Музея
Авторы
проекта
Художники
Музея
Новые
поступления
Попечители
Музея
Помощь
Музею
Контакты
НПГ
Всемирная портретная галерея. Museum portrait "World portrait gallery" Коллекция музеяРаздел "История - глазами потомков"Никулин Юрий Владимирович
 
Музей портрета:
 
 
Попов А С
Попов А С
Эрнст Резерфорд
Эрнст Резерфорд
 



Поделиться с друзьями:

Предыдущий файл НачалоНикулин Юрий ВладимировичСледующий файл
Никулин Юрий Владимирович

Художник: Громушкин Павел Георгиевич.  Акварель.  

 

Юрий Владимирович Никулин родился 18 декабря 1921 года в Демидове, в Смоленской губернии.

В 1925 году Никулины переехали в Москву, где глава семьи, Владимир Андреевич, стал писать для эстрады и цирка, позже начал работать в газетах "Гудок" и "Известия". Кроме того, он вел драмкружок в школе, где учился сын. После окончания десятилетки, в ноябре 1939 года Юрия Никулина призвали в армию и служить направили в зенитную артиллерию. Солдатом он участвовал в финской войне, прошел Великую Отечественную войну, защищал Ленинград. Демобилизовавшись в 1946 году, Юрий Никулин пытался поступать во ВГИК, в ГИТИС и в театральное училище имени Щепкина, пробовал пробиться в другие творческие училища и студии, но его нигде не принимали. В конце концов он оказался в... студии клоунады при Московском цирке на Цветном бульваре, где и стал работать после окончания студии и через много лет занял пост главного режиссера. В начале Юрий Никулин работал у знаменитого клоуна Карандаша, затем, вместе со своим постоянным партнером Михаилом Шуйдиным, начал выступать с оригинальными номерами, и впоследствии этот творческий дуэт добился немалых успехов и прославился на весь мир. Впрочем, об этом и о многом другом лучше прочесть в прекрасной книге самого Юрия Владимировича - "Почти серьезно". А в кино он впервые снялся в фильме "Девушка с гитарой", и сыгранная им роль незадачливого пиротехника привлекла к артисту внимание. Затем была роль Клячкина в комедии Юрия Чулюкина "Неподдающиеся". Однако комедийный дар Никулина по-настоящемуоткрыл Леонид Гайдай, именно он дал жизнь незабываемому трио Трус-Бывалый-Балбес в короткометражках "Пес Барбос и необычный кросс" и "Самогонщики", а затем использовавший эти персонажи в блистательных комедиях "Операция Ы и другие приключения Шурика" и "Кавказская пленница". И, наверное, никто в то время не взялся бы сказать, что одну из лучших своих ролей в кино Юрий Никулин сыграет в драматическом фильме - но в 1962 году режиссер Лев Кулиджанов снял картину "Когда деревья были большими", на главную роль в которой, Кузьмы Кузьмича Иорданова, он пригласил Никулина. В 1964 году вышел фильм "Ко мне, Мухтар!", поставленный Семеном Тумановым по книге И.Меттера, и вновь в главной роли, лейтенанта Глазычева, - Юрий Никулин. До сих пор одной из лучших комедий советского кинематографа остается "Бриллиантовая рука", в немалой степени обязанная своей неувядаемой популярностью наивному, по-детски непосредственному Семен-Семенычу Горбункову в исполнении Юрия Никулина. Среди достижений артиста в кино можно назвать роль военного журналиста Лопатина в фильме Алексея Германа "Двадцать дней без войны". А ведь еще Юрий Никулин снимался у таких режиссеров, как Эльдар Рязанов ("Старики-разбойники"), Ролан Быков ("Чучело"), Андрей Тарковский ("Андрей Рублев"), Сергей Бондарчук ("Они сражались за Родину")... Увлечением Юрия Никулина на всю жизнь стали анекдоты - собирать их он начал еще в армии, и из этого увлечения родились впоследствии передача «Клуб 'Белый попугай'», сборники анекдотов "От Никулина". Скончался Юрий Владимирович Никулин 21 августа 1997 года, из-за осложнений после операции на сердце.

 

 

Для тех, кто знал Чарли Чаплина главным образом но его короткометражным картинам, знакомство с фильмом "Малыш" принесло немало неожиданностей. В этом фильме Чаплин впервые решил соединить привычную для его прежних работ "комедию пощечин" с высокой человечностью или, как он сам говорит, с "подлинной трогательностью". Выбор такой формы, требовавшей органического сочетания различных жанровых эле ментов, вызвал споры и возражения. Эти споры Чаплин справедливо назвал философскими. "Форма возникает в процессе творчества, - пишет он в своем автобиографическом труде, - и, если художник искренне верит в существование какого-то мира, он покажет его убедительно, что бы он в нем ни смешивал".

Значит, главное - искренняя вера художника в реальное существование мира, который стал предметом изображения и исследования.

Много лет спустя Чаплин ставит свой знаменитый фильм "Огни рампы". В этом фильме (его герой Кальверо - клоун) Чаплин совершенно отказывается от приемов "комедии пощечин" и погружается в напряженную психологическую атмосферу жизни, отдавая дань той "подлинной трогательности", в которой великий комик видит гуманистическую правду своего искусства.

Клоун Кальверо, блистательно владеющий секретами жанра, переживший шумный успех в годы своего расцвета, пору забвения и новый триумф на склоне жизни, - персонаж фильма, его играл Чарли Чаплин.

Клоун Юрий Никулин - лицо вполне реальное. Каждый вечер выходит он на манеж, вступая со зрителями в острый, изобретательный, насыщенный неожиданными комедийными ситуациями, подчас грубоватый (в традициях жанра) диалог.

Придя в кинематограф, Юрий Никулин принес в свою современную комическую маску наиболее примечательные черты амплуа, своеобразную пластику, свойственную природе клоунады. Это прямым образом относи лось к его маленьким ролям, сыгранным в фильмах "Девушка с гитарой", "Неподдающиеся". Но кинематограф не стал и не мог стать для циркового клоуна продолжением арены. Искусство клоунады неизбежно ставит перед актером определенные рубежи, и клоун, выходя в другое искусство, совершенно естественно соприкасается с другим миром, более значительным, весомым, более масштабным.

В существенной мере сказалось это и в комедийных фильмах, где играл Юрий Никулин; здесь, подчеркиваю, зачастую можно найти прямое соприкосновение кинематографа и цирка. Это явилось едва ли не определяющей особенностью тех психологических драм, в которых Никулин играл центральные роли.

В известной степени режиссеры шли на риск, предлагая цирковому клоуну такое перевоплощение. В цирке он отдавался стихии "комедии пощечин". Психологическая драма требовала ухода не только от "комедии пощечин", но и вообще от внешних приемов игры. Начиналось как бы движение по другой орбите, связанное с проникновением в глубь человеческих характеров, поступков, помыслов.

Но Никулин не изменял своей актерской природе. Он пользовался присущими ему изобразительными возможностями и достигал удивительных результатов при решении совсем, казалось бы, не свойственных ему задач. Искренняя вера в реальность изображаемой жизни избавляла актера от опасности случайного смешения различных жанровых признаков, помогала сохранять органическое единство формы, добиваться целостного и убедительного раскрытия мира.

Актером "неожиданного дарования" назвал Юрия Никулина постановщик фильма "Ко мне, Мухтар!" С. Туманов. В этих словах кроется не столько объяснение творческой индивидуальности актера, сколько удивление перед ней. Удивление это естественно: и для того, кто близко соприкасался с Никулиным в работе, и для зрителей, знакомых с актером по экрану и цирковым представлениям. Каждая новая работа Никулина центральная ли это роль в фильме или маленький комедийный эпизод, клоунское ли антре или веселая цирковая интермедия открывает нам актера с новой и на первый взгляд с неожиданной стороны.

Вспомните впечатление от первой встречи на экране с ныне популярным героем Никулина Балбесом в фильме "Пес Барбос и необыкновенный кросс". Впечатление было ошеломляющим, настолько безукоризненно вы полнил актер каскад комедийных трюков, сохраняя при этом все признаки характера героя.

Вспомните первые кадры фильма Льва Кулиджанова "Когда деревья были большими". Облик героя этого фильма, его странное поведение и неожиданно парадоксальные реплики настраивали зрителя на юмористическое развитие сюжета. И вдруг режиссер и актер повели нас совсем по другой дороге, поставили перед лицом острых психологических и нравственных столкновений, ушли от комедии, с которой ассоциировался талант Никулина, сделали нас свидетелями драмы, глубокой и человечной, не оставлявшей места равнодушию. Необычно для Никулина? Да. Неожиданно? Тогда это казалось неожиданным, потому что мы не знали еще "Мухтара".

А разве знакомый нам уже Балбес не предстал в совсем ином виде в фильме "Операция Ы"?

Никулин кажется неожиданным не только потому, что он обнаруживает в своем даровании подчас диаметрально противоположные возможности, одинаково свободно и уверенно чувствуя себя и в комедийных, и в драматических состояниях. Играя в разных фильмах схожие по жанру и по рисунку героя положения, он всегда оказывается разным, удивительным образом избегая повторения. Здесь, вероятно, решающее значение имеет отмечаемая режиссерами, которые работали с Никулиным, его способность к импровизации. Способность, составляющая драгоценное свойство любого актерского дарования, открывающая исключительные возможности для актера комедийного и лежащая в самой природе циркового клоуна, его контакта со зрителем, непосредственного общения почти на одной площадке, когда низкий барьер, отделяющий манеж от амфитеатра, как бы вовсе перестает существовать.

В кино Никулин начал с комедии. Зритель принял его с восторгом. Для одних это было настоящее открытие. Другие, хорошо знавшие циркового клоуна Никулина, не были столь уж удивлены: актер и в цирке стремился обогащать "комедию пощечин" искусством мимической игры, при внося в клоунские парадоксы черты реальности.

На экране реальное определяло всю линию поведения актера, комедия обретала сатирическую окраску. Кинематограф ставил свои условия, отличные от тех, с которыми Никулин сталкивался прежде. Экран проявлял такие особенности таланта, о которых не подозревали зрители цирковых представлений и которые, можно сказать с уверенностью, оставались часто скрытыми и от самого актера. Фильм уводил Никулина от цирковых миниатюр с весьма ограниченными замыслами и сюжетами. На экране актер сталкивался с судьбой героя, с иным масштабом действия, с иным уровнем мышления. Играя в комедии, Никулин не чуждался некоторых привычных для него трюков, жестов, ужимок, рассчитанных на смех, но как бы укрупненных в фильме, укрупненных мыслью, человеческим образом, сатирической целью.

И еще одна сторона актерской личности, поразившая всех и заставившая заговорить о Никулине по-другому. Это его склонность к драме, к острым психологическим характеристикам. Эту сторону актерского таланта открыл нам Лев Кулиджанов. В фильме "Когда деревья были большими" он показал и смелость, неожиданность режиссерского выбора, и безошибочное чувство актера, и, главное, богатство возможностей, с которыми пришел в его фильм цирковой клоун. Никулин, в сущности, ни от чего, чем был богат, не отказывался, а лишь проявил заложенные в его личности и актерском таланте высокие человеческие, душевные порывы.

Когда несколько лет спустя, сыграв в фильме "Ко мне, Мухтар!" роль милиционера Глазычева, проводника собаки, Никулин поднялся еще на одну ступень своего драматического мастерства, режиссер фильма имел основание сказать о нем и как об актере драматическом, и как о талантливом мастере комедии, как о человеке, сочетающем в себе удивительный дар совершенно различных муз.

Комедийные фильмы Юрия Никулина опираются главным образом на эксцентрические данные актера. Может быть, потому в комедии ему ни разу не приходилось играть большую, что называется, полнометражную роль. Эксцентрика не может становиться всеобъемлющим признаком характера. Она служит выявлению отдельных его граней, сатирической обрисовке персонажа, подчеркиванию "алогизма обычного", который приобретает подлинную остроту в атмосфере обычного.

В цирке у Никулина есть такая клоунская интермедия, которую он разыгрывает со своим партнером Шуйдиным. На манеже, выбрав условный "незаметный" уголок, два друга, имеющие пристрастие к спиртному, хотят распить бутылочку столичной. Однако это им не удается. Каждый раз, когда наполняется стакан и остается только его поднести ко рту, режиссер манежа оказывается рядом. Бутылка и наполненный стакан достаточно серьезная улика. Чтобы устранить ее, Никулин прибегает к ухищрениям, противоестественным для его героя. В одном случае содержимое стакана выливается в сложенные чашечкой ладони, и клоун, вместо того чтобы выпить водку, вынужден ею умываться. В другом случае взгляд режиссера останавливается на Никулине в тот момент, когда водка находится уже во рту. Что делать? Проглотить? Сразу все станет ясно. Игра продолжается. Клоун полощет зубы, по возможности затягивая процедуру. Он надеется, что останется наконец вне наблюдений и тогда... Но это "тогда" так и не наступает. Водка, подразнив воображение алкоголика, выливается на песок манежа.

В комедийных фильмах Никулина его герои, чаще всего тоже пьяницы, люди жуликоватые или откровенные жулики, скрывают свои неблаговидные дела, но пьют на глазах у всех, много и не стесняясь. Они могут от этого становиться злее, но могут казаться и добродушными, слабовольными людьми, которым, увы, ничто человеческое не чуждо. Никулин играет именно таких персонажей.

Балбес в фильме Л. Гайдая "Пес Барбос и необыкновенный кросс" стал первоначально как бы кинематографическим вариантом цирковых персонажей Никулина. Это был, разумеется, образ совершенно новый и самостоятельный, но нетрудно было в нем обнаружить некоторые подробности, роднившие его с героями клоунских антре, ставшими к тому времени весьма популярными. В действии, стремительном и неожиданном, в трюках, сложных и комедийно насыщенных, Никулин еще оставался в значительной мере клоуном. Он словно собирал образ из хорошо знакомых ему деталей, которые, подобно деталям детского "Конструктора", можно было сочетать и в другом порядке. Но актер точно знал, чего он хочет, имел сверхзадачу, превращая антре с ограниченной целью репризы в развернутый комедийный сюжет.

В "Операции Ы" тот же самый персонаж, сохранив и некоторые внешние признаки, и комическое начало, обретал черты характера, социально окрашенного, выражавшего в своем существе гораздо больше, чем могла бы выразить единичная судьба. Комическое поднималось на новую ступень, едва актер прибегал к сатирическим краскам.

Кто же такой Балбес в "Операции Ы"? Мелкий рыночный торговец поклонник аляповатой эстетики из папье-маше и любитель "поэзии" особого сорта ("будишь маму-папу слушать, будишь ты канфеты кушать"). Балбес доверчив и простодушен, но и хитер. Во всяком случае, в той мере, какая необходима, чтобы скрыть свое понимание происходящего. Он паи вен, но и необыкновенно практичен: еще неясно представляя себе план действия и возможные последствия, он каждый раз прежде всего определяет размеры и реальность личной выгоды.

Обстоятельствами фильма герой Никулина сталкивается со множеством самых неожиданных ситуаций. Актер получает возможность блеснуть техникой, великолепным пластическим мастерством, мимическим искусством. Но для Никулина все это лишь средства очень неожиданного и острого построения сатирического образа, сохранения того жизненного подтекста, который обязательно существует в каждой работе актера и является выражением его позиции, его отношения к человеку.

Говорят, что сатира - искусство злое. При этом учитывается только момент непосредственного удара и упускается цель. А цель сатирика благородна, направлена не против человека, а за него, и потому мы вправе говорить о сатирике как о защитнике общественных идеалов, а искусство его называть добрым искусством.

Никулин декларирует это каждой своей комедийной ролью в кинематографе. Он безжалостен к своим героям только потому, что вера в человека требует беспощадного обнажения его пороков. Он ищет опору в сценарном материале и для сатирического осмеяния, и для показа присущих герою обыкновенных человеческих слабостей, которые способны даже вызвать на какой-то миг сочувствие и симпатию. Потому так неожиданно симпатичен становится нам Балбес в "Операции Ы", когда в момент поединка на складе он вдруг обнаруживает кровь на руках и лице у себя и у противника, делает страдальческое выражение (вот-вот заплачет), принюхивается, облизывает и - о, радость! не кровь, а вино, просветляется, пробуждая самую малость сохранившейся в нем непосредственности. Потому актер считает возможным в другом своем фильме - "Дайте жалобную книгу" - вызвать у зрителей добрую улыбку, когда его герой, услышав от приятеля в ресторане обращенные к селедке слова: "Рыбка, рыбка, где твоя улыбка, полная задора и огня...", глубокомысленно задумывается над ними, стремясь постигнуть их необыкновенную "мудрость", и просит: "Спиши слова!"

Мне кажется, что именно такое отношение к сатирическому образу, сочувствие всему доброму, что заложено в человеке, и вера в него явились основой эволюции, которую претерпевали в кинематографе герои клоуна Никулина: от первой комической через ряд удивительных комедийных превращений его персонажей до сложных психологических столкновений с жизнью и с людьми героя фильма "Когда деревья были большими" и, наконец, до настоящей драмы, пережитой проводником собаки Глазычевым в фильме И. Меттера и С. Туманова "Ко мне, Мухтар!"

В одной из бесед, данных для печати, известный итальянский режиссер Луиджи Коменчини сказал между прочим:

- Я не верю, что кинематограф можно разделить на жанры, хотя бы потому, что жизнь тоже не делится на жанры.

Вряд ли можно согласиться с категоричностью этого утверждения, и именно потому, что произведения кинематографа подчиняются не только законам жизни, но и законам искусства. Странно было бы, например, перечеркивать некоторые реально существующие актерские амплуа. Но относительно отдельных актерских дарований PI В широком понимании возможностей кинематографа Коменчини безусловно прав. В этом смысле весьма наглядным подтверждением его слов может служить кинематографический опыт Юрия Никулина, и особенно такие фильмы, как "Когда деревья были большими" и "Ко мне, Мухтар!"

Фильм "Когда деревья были большими" вполне может быть отнесен под рубрику психологических драм. История прозрения человека, прикоснувшегося к чужому горю, познавшего цену человеческого счастья в сложном столкновении судеб и испытавшего людскую веру, в высшей степени драматична и предполагает определенные средства режиссерского и актерского решения. Но как существенно меняется весь ход развития сюжета, когда героем фильма оказывается Балбес. Ну, скажем, не он сам, а персонаж, близкий ему по духу и по природе, каким предстает в первых же кадрах фильма герой Кулиджанова Никулина. Пьяница, пробуждающийся в тот час, когда люди, живущие вокруг, начинают свой рабочий лень, и околачивающийся затем возле магазинов в поисках случайных заработков. . . Разве не знаком нам этот персонаж? Фильм начинается в комедийном ключе, в этом нет сомнения, куда же поведут нас режиссер и актер?

Все, что происходит дальше, настолько значительно и глубоко по своей жизненной философии, что нам сразу становятся ясны намерения: актер и режиссер не хотят идти простыми и легкими путями. Очень тонкий психологический рисунок возникает на экране во взаимоотношениях русской девушки, обездоленном войной (эту роль прекрасно проводит Инна Гулая), и ее мнимого отца, вовсе не предполагавшего, что его легкомысленный шаг окажется столь важным для всей его дальнейшей жизни, для всего его существа.

Психологическая драма, напряженная и трудная, оказывается Никулину не только иод силу: сочетая в образе комедийные и психологические краски, актер вместе с режиссером восстает против схемы, против однобокого взгляда на жизнь, которая сложна и богата неожиданностями и, конечно же, в широком своем потоке вбирает в себя все многообразие состояний и эмоций.

Образ Глазычева в фильме "Ко мне, Мухтар!" ставит перед актером новые задачи. В фильме предстают как бы две параллельно идущие линии. Одна связана с тем, что происходит в среде, к которой принадлежит Глазычев. Тут и разные характеры, разные жизненные ПОЗИЦИИ И принципы поведения и потому неизбежные конфликты. Это линия, что ли, человеческая. И другая линия, определяющая главную суть сюжета, - проводник и его собака. Наиболее драматические коллизии фильма принадлежат, в сущности, этой второй линии. Но здесь мне хочется подчеркнуть важное, на мой взгляд, обстоятельство, характерное для игры Никулина и для трактовки образа в фильме: актер соединяет эти две линии в одну, наиболее существенное в действии связано для него с Мухтаром, он ведет одну гуманистическую тему, в которой сходятся все конфликтные узлы произведения.

Каждого, кто видел фильм "Ко мне, Мухтар!", поражал совершенно удивительный дуэт Глазычева и Мухтара. Наиболее простое объяснение необыкновенной достоверности этих эпизодов фильма связывалось с тон костью дрессуры. На самом же деле мы становились свидетелями редкостной по мастерству игры актера, которому удается в эпизодах с Мухтаром создавать такой динамический эмоциональный строй, что мы проникаемся смыслом и психологическим богатством происходящего на наших глазах немого диалога.

Роль Глазычева, если можно так сказать, роль серьезная. В ней нет ни эксцентрики, ни комизма, даже в той мере, какая присуща герою фильма "Когда деревья были большими". Только в одном кадре появляется вдруг эксцентрический элемент неожиданное комическое падение бывшей владелицы собаки. Глазычев в этом участвует как наблюдатель. Клоун екий в своей основе трюк, естественный для Никулина, не вызывает даже улыбки у его героя, поглощенного серьезными земными делами.

Да, действительно, Никулин актер неожиданного дарования. Думая об этом, стремясь понять особенности его актерской природы, я обратился к фактам его биографии. Два из них показались мне особенно примечательными. Вырос в театральной среде. Театр, с которым связаны имена отца и матери Юрия Никулина, назывался "Театр революционного юмора". Отсюда, значит, истоки. И любовь к человеку, стремление бороться за него. Это подсказано жизнью. Жизнью солдата на фронте. Жизнью артиста, имеющего глаз и слух, наделенного великим чувством юмора, которое так же прекрасно, как и чувство любви.

Однажды Никулина спросили о секрете его искусства. Он ответил:

- Наверное, самое главное верить в то, что ты делаешь на экране.. .

Тогда я вспомнил Чаплина, который говорил, что художник должен искренне верить в существование мира, который он изображает. Вспомни о фильме "Малыш", в связи с которым сказаны эти слова, и о фильме "Огни рампы", где Чаплин играет клоуна.

Завершая этот короткий рассказ о Никулине, я не могу не упомянуть его новой работы: Никулин на экране играет себя, клоуна Юрия Никулина. В этом фильме тоже есть мальчик, "малыш", в судьбе которого клоун принимает участие. Это японский мальчик, которому русский клоун помогает найти отца.

Не знаю, может быть, новый фильм Юрия Никулина "Маленький беглец" - его поставили совместно советские и японские кинематографисты - в чем-то сентиментален, может быть, в нем не очень точно найдена мера соединения комедийного с "подлинной трогательностью", но в фильме, несомненно, есть правда, потому что главное в искусстве искренняя вера художника.

А. Бейлин, 1968

 

Сайт памяти великого русского актёра - Юрия Владимировича



Биографии3!

Голоса известных людей


MP3 Фонотека На сайте наших друзей представлены записи голосов известных политиков и государственных деятелей прошлых лет в формате mp3.
Записи сделаны со старых грампластинок, поэтому качество их, конечно же, уступает звучанию современных компакт-дисков, но, с другой стороны, это ничуть не мешает удовольствию от прослушивания, а даже наоборот - характерный для грампластинок "песок" добавляет соеобразный шарм, позволяет полнее окунуться в атмосферу прошлых лет.
Все mp3 записи с нашего сайта Вы можете скачать абсолютно бесплатно.

 
Галерея пользователей:
 
 
Калягин Александр
Калягин Александр
КУРЫЛА ИВАН ТЕОДОРОВИЧ
КУРЫЛА ИВАН ТЕОДОРОВИЧ
 

 
Конкурс Высоцкого
 
 
Помысова Татьяна Евгеньевна
Помысова Татьяна Евгеньевна
Маратов Орест Герасимович 1920г.р.
Маратов Орест Герасимович 1920г.р.
 

Главная
страница
Коллекция
Музея
История
Музея
Авторы
проекта
Художники
Музея
Новые
поступления
Попечители
Музея
Помощь
Музею
Контакты
НПГ

Яндекс.Метрика